Барханы – р. Аргада – р. Яссы – р. Джюнгоша – р. Турокча

Как неохота было уезжать из этого места! Утром парни сняли сети – 2 окуня и 4 карася – на уху хватит. Но нас ждут новые места. Проезжаем озерца, запомнившиеся по прошлому году. Не все скрадывания уток в этот день закончились успешно, но еще две утки прибавились к предыдущим трофеям. Вдоль дороги высокие облепиховые кусты с прошлогодней ягодой, а на асфальте растерзанный лебедь, и коршун, летающий над ним. Огромное лебединое яйцо уже в скорлупе, но увидеть своего естественного появления на свет не успело.

К счастью, не только мертвые лебеди встречались нам. Пара лебедей плавала в озере рядом с дорогой. Машин птицы и звери не боятся, так как не знают – что это. Подъехали настолько близко, что Андрюха запечатлел их крупным планом плавающими и в момент взлета.

Прошлогоднее одиночное форсирование Аргады

Вот из-за такого "моста" дорога пришла в запущение

Подъезжаем к уже известному нам месту. В прошлом году, обнаружив вместо обозначенного на карте моста через Аргаду оставшиеся от пожара металлоконструкции, мы страшно огорчились. Но смогли в одну машину переправиться через русло Аргады, хотя были на 32-й резине. Прошлогодние фотки тому свидетельство (после разведки брода я была высажена в болотниках на островочек для фотосессии, так как мы были вдвоем).

Подъезжаем к Аргаде, Паша идет в разведку – воды по колено. Мы радуемся, что нынче уровень воды такой маленький по сравнению с прошлым годом. Водилы едут аж параллельно друг другу, нарезая круги по воде. Фотографы не дремлют.

Итак, брод, часть вторая. Выезжаем на другой берег, всеобщее ликование по поводу легкого брода. Но через 50 метров понимаем, что радость была преждевременна. Основное русло еще впереди, а это был просто рукав. В прошлом году он был пересохшим, поэтому мы его перехали посуху. Следовательно, вода в Аргаде гораздо выше, а не ниже, как мы думали.

Снова Паша идет в разведку в болотниках, Андрюха и Томка босиком (дно реки напрочь песчаное). Уже все не так шоколадно как мы думали. В общем, мы с Пашей едем первые, чтобы обозначить фарватер и глубину для Лехи. Заход не очень глубокий для нас. К середине глубина увеличивается, но самая засада в том, что на дне течением намыло гряды, поэтому машина прыгает носом вниз-вверх. Ныряем чуть ли не по фары. Понимание того, что господин Чак Норрис может здесь встрять, приходит к нам с Пашей одновременно. Да что толку о чем-то говорить, когда Леха и так сам все видит. Выезжаем на мелкоту, Паша давит гашетку для образования красивых брызг в области передних колес и моста.

На 35-й резине нам не страшно

Критический момент. Паша кричит Лехе, чтобы тот добавил оборотов вручную – не дай бог заглохнуть посередине реки. Леха орет, что у него все нафиг компьютеризировано, так что оборотов добавить нельзя. Дальше напутствия типа: "Ехай, давя на педальку. Не останавливайся. Мы с тобой!" Леха садится в машину, подъезжает к кромке воды и останавливается. Мы думаем: "Ну все, молится всем своим богам". Сурф стоит некоторое время (Леха в это время набирался храбрости, как выяснилось позже), затем трогается и погружается в воду. Едет, как нам кажется с берега, невыносимо медленно. Мы с Пашей как горные козлы скачем по берегу, изображая пантомимой давление ноги на педаль газа. Сурф медленно погружается, скрываются колеса, затем он доходит до самого глубокого места и начинают скрываться фары, перед машиной образуется волна. Руслан, высунувшийся из окна, закусив губу впивается взглядом в морду сурфа, а машина все погружается и погружается. Я не знаю, что испытывал Леха, когда, как он говорит, первые струйки воды начали просачиваться через резинки дверей, но у зрителей на противоположном берегу внутри все замерло. Нырок мордой в глубокую яму, выныривание, и глубина начинает уменьшаться, выводя на мелководье. Йес! – орет Руслан, жестикулируя руками, на лицах водителя и пассажиров сурфа снова появляется жизнь и румянец с улыбками возвращается. Замбаловы на сурфе прошли! Все выдыхают и танцуют ламбаду, полностью осознавая, что брод сурфом пройден на грани фола. Чуть позже в машине Андрюха говорит, что у него был сурф раньше, и если бы ему сказали, что надо ехать вброд через Аргаду, он бы не поехал.